[Dragon Age: Инквизиция] Подборка фактов (страница 1)

Инквизитор-человек любого класса будет иметь знатное происхождение, однако маг оставил его позади, попав в Круг. Кроме того, Тревелиан — марчанин. Как он/она оказались в Орлее будет объяснено по сюжету.

Если Тревелиану, должно быть, привычно повелевать, то же самое вряд ли можно сказать об Инквизиторах других рас. Дэвид Гейдер поясняет, что руководство Инквизицией свалится на игрока не вдруг и не сразу, так что обретение данного ответственного поста будет последовательным и комфортным.

В очередной раз был поднят вопрос о том, является ли магия крови злом. Здесь встаёт сразу несколько вопросов: что вообще считать злом? Считать ли злом инструмент, с помощью которого легко его творить? Говорим ли мы о жертвоприношениях? Управлении разумом? Но магия крови — не только это. Магия крови — это и филактерии магов, и ритуал Посвящения Серых Стражей. Кроме того, кровь является источником силы для заклинаний более мощным, чем лириум, при этом заклинания магии крови можно творить и с помощью лириума, но не все. Таким образом, магия крови — это самостоятельный тип силы, а не только источник. Из-за такой сложной природы магии крови и её значения в мире Dragon Age и было принято решение отказаться от этой специализации в «Dragon Age: Инквизиция»: она должна была бы доминировать в истории персонажа и требовать определённых реакций, да и стала бы выделяться на фоне других специализаций объёмами влияния на сюжет. Дэвид Гейдер считает, что если разработчики когда-нибудь серьёзно возьмутся за подобающее раскрытие вопроса магии крови, то специализации для этого будет явно не достаточно. Возможно, это будет отдельный класс или даже целый сюжет.

Немного о Дориане: он не магистр, но является представителем высшего слоя знати Тевинтера — магов альтус. Чем магам так не угодила его нетрадиционная ориентация? Дело в том, что в Тевинтере все помешаны на идее «выведения» «совершенного мага»: семейства переженивают детей, преследуя идеал, так что для престижа и продолжения рода крайне важно безупречно выглядеть и иметь достойные публичные отношения (кто что делает не на виду у всех — всем всё равно, суть в том, что если человек публично делает что-то странное — что же он творит без свидетелей?..)

Что касается Фионы и Алистера, Дэвиду Гейдеру казалось, что в этой истории всё довольно очевидно, он никогда не намеревался делать из неё какую-то особую интригу, но без официального подтверждения стали появляться различные теории... Сценарист сообщает, что этот вопрос будет поднят в «Dragon Age: Инквизиция».

В отношениях с сопартийцами в «Dragon Age: Инквизиция» не будет направления соперничества, как в Dragon Age II. Система ближе к «Dragon Age: Начало»: если долго-долго кого-то злить — он навсегда покинет ряды Инквизиции. Не говоря уже о том, что некоторых сопартийцев можно вообще не встретить (как Фенриса и Изабеллу в Dragon Age II, например).

Дэвид Гейдер в очередной раз отмечает, что в ответах на Raptr была допущена неточность: полноценные романы возможны только и исключительно с сопартийцами и советниками. С персонажем, не являющимся ни тем, ни другим, доступен лишь флирт.

И пара слов о состоянии мира «по умолчанию» (если не импортировать своё с помощью Keep). Общее правило таково, что, если какого-то персонажа можно убить — то он, скорее всего, мёртв. Так Герой Ферелдена пожертвовал собой, убив Архидемона, а Тёмный ритуал не проводился, и ребёнка-Древнего-Бога не существует. Сделано это для того, чтобы не было необходимости знакомить игрока с персонажами, которые ему безразличны, ни о чём не говорят и вообще сбивают с толку. В то же время, если вы «оставили» кого-то с помощью Keep, значит, хотели, чтобы это было именно так и представлять героев нет нужды: вы сами их туда сунули и знаете, кто это и откуда они взялись.